Султанмахмут Торайгыров (1893 -1920)

Наука - источник тревог,

От знания - гнев недалек.

От тревог и горького гнева

Страданий родится поток...

И теперъ, когда поразмыслю,

Сердце полнится страшной тоской.

Ведь напрасно народ будоражит

Бесполезный бродяга такой.

(Абай).

Султанмахмут Аубакирулы Торайгыров родился в 1893 году на территории сегодняшнего Кзылтуского района Северо-Казахстанской области. Его отец, Аубакир был человеком довольно бедным. Вынужденный работать по найму, он покинул родные места и переехал в аул близ Омска к своему богатому зятю, где женился на его родственнице Зуфнун. Здесь же у него родилось два сына - Султанмахмут и Башен. Вскоре Султанмахмута отдали родителям матери, и до шести лет он воспитывался у своей бабушки Мунтай. Мать Султанмахмута умерла рано, когда ему было всего три года. Спустя некоторое время отец будущего поэта возвращается в свои родные края. Здесь, в нынешннем Баянаульском районе Павлодарской области, проходит детство Султанмахмута.

Султанмахмут был смышленым, понятливым мальчиком, и отец, мечтая вырастить сына грамотным, на первых порах сам учил его арабскому письму. Затем мальчика отдают учиться то одному, то другому мулле. В 13 лет он оказывается в учениках у муллы Мукана - для своего времени довольно образованного человека, знавшего много старинных казахских сказаний, легенд, народных поэм. Обучая детей грамоте, Мукан в то же время занимался переводами с арабского и персидского и даже кое-что сочинял сам. Подражая своему учителю, юный Султанмахмут тоже начинает пробовать свои силы в художественном творчестве: сочиняет шуточные сатирические стихотворения о своих сверстниках, экспромты, рассказы.

Султанмахмут мечтает о городе, где он сможет продолжить учебу, с трудом собрав небольшие средства, едет в Омск, затем в Троицк, где обучалась тогда казахская молодежь. Там он поступает в медресе. Но из-за болезни учебу пришлось оставить и серьезно взяться за лечение. Зимой 1912-1913 г. С. Торайгыров лечится и одновременно работает, добывая средства к существованию. Он становится учителем в казахском ауле близ Троицка, а к осени 1913 г. возвращается в Троицк и поступает секретарем в редакцию казахского журнала «Айкап». На страницах журнала С. Торайгыров впервые выступает как поэт и публицист, а также как литературный критик. Он публикует свои стихотворения и статъи, пишет роман «Камар-Сулу».

Летом 1914 г. С. Торайгыров возвращается в свой родной аул, в предгорья Баян, намереваясь заняться литературным творчеством и просвещением народа. Там на общественные средства он пытается создать просветительскую организацию «Шоң серіктігі» («Артель Шона») по обучению грамоте казахских детей, но зажиточная аульная знать не поддержала его. С. Торайгыров едет в Семипалатинск, встречается там с отцом любимой девушки Багилы Абдукаримом Ережеповым и отправляется с ним в его родной аул работать учителем в двухклассной русско-казахской школе.

Здесь материальные дела поэта улучшились, и он получил возможность взяться за перо. Однако, увлеченный дочерью Абдукарима, красавицей Багилой, поэт не смог сразу приступить к работе. Абдукарим же, узнав о его увлечении, отправляет дочь в аул ее будущего мужа. Оскорбленный поэт покидает школу и уезжает в Зайсан к своему другу Маулиту Шамсутдинову. Там, в уединении, он пишет поэму «Кім жазықты?» («Кто виноват?»), намереваясь принять участие в литературном конкурсе, объявленном газетой «Казак». Но этому произведению не суждено было увидеть свет, рукопись в редакции была утеряна. Постоянная учеба, нужда, жизненные невзгоды, горечь разлуки с любимой, а также напряженная работа над романом - все это еще болыпе подорвало и без того слабое здоровье поэта. Тем не менее, он не опускает рук. Он энергичен и деятелен, встречается с разными людьми, много пишет, продолжает заниматься самообразованием.

В 1916 г. С. Торайгыров переезжает в Семипалатинск, затем в Томск. Но и в Томске жизнь оказалась нелегкой. «Обедаю два раза в неделю, - сообщает поэт в своем письме к другу, - остальные дни живу чаем и хлебом. День и ночь сижу над книгой... Таково мое положение... Но не горюю, духом не падаю... Буду учиться до последней копейки. Как бы ни было тяжело здесь, все равно выдержу». Болезнь, однако, все обострялась, и поэт вынужден был обратиться к врачам.

В 1916 году С. Торайгыров закончил работу над вторым романом в стихах «Кто виноват?» В нем поэт с глубоким сочувствием обрисовал образы людей, безжалостпо экстуатируемых степными царьками.

В начале марта 1917 г., сразу же после Февральской революции, он возвращается в Семипалатинск и вскоре поступает на службу в только что организованный областной комитет по работе среди местного населения. Неспокойная, полная волнений служба окончательно подорвала здоровье поэта. С наступлением весны он был вынужден поехать в аул лечиться кумысом. Но и там Султанмахмут не остается в стороне от происходящих событий. Он активно вмешивается в жизнь аула, борется со всякого рода несправедливостью и произволом.

После Февральской революции 1917 года приезжает в Семипалатинск, но летом 1918 года, в связи с ухудшением состояния здоровъя, возвращается в Баян-Аул. Здесь завершает свои лучшие произведения - поэмы «Заблудившаяся жизнь» и «Бедняк».

В поэме «Батрак» (1919 г.) Султанмахмут Торайгыров создал образ бедняка, который становится активным борцом за новую жизнь.

Расширение тематики казахской литературы 20 века, укрепление ее идейных позиций связаны с именем С. Торайгырова. Выходец из бедняцкой среды, овладевший знаниями благодаря неустанному самообразованию, он всю свою короткую, прошедшую в борьбе жизнь посвящает служению родному народу.

Но Султанмахмут не ограничился одними лишь просветительско- гуманистическими идеями. По своей натуре он был борцом, по взглядам на мир - демократом, по литературному методу - критическим реалистом. Во всей их остроте показывает Торайгыров социальные противоречия в казахском обществе, подвергает беспощадной критике патриархальные традиции и обычаи, поднимает вопрос об эмансипации женщин. Пока не свободна женщина, невозможна и свобода народа, считает поэт. Большая заслуга С. Торайгырова состоит в том, что он сумел увидеть классовое расслоение и неравенство в казахском ауле. Во многих своих стихах он реалистически воспроизводит тяжелое положение бедняков, находящихся под двойным гнетом, их жалкую жизнь. В романе и стихах «Кто виноват», и романе «Камар-сулу», написанном в традициях древней восточной поэзии частъю в стихах, частью в прозе, Султанмахмут поднимает те же важные социальные проблемы своего времени - родовой междоусобицы, раздирающей казахское общество, классового угнетения, бесправия женщин. Но он рисует также и образы передовой молодежи, борцов со старым, отжившим.

Султанмахмут развил также и традиционное для казахской поэзии философское направление. Многие стихи поэта, особенно его поэма «Заблудившаяся жизнь», - как бы сгусток размышлений о человеке и его природе, о жизни и о ее смысле. Эта поэма, самобытная но форме, вобравшая в себя раздумья поэта о жизни кочевых казахов, о судьбах человечества, является итоговым произведением в его творчестве.

Я жить пришел, к тебе взываю, рок,

Я дверь открыл: вон сколько их, дорог!

Себя тебе вручаю. Я пока неопытен.

Меня б ты поберег...

Идти дорогой правды и ума

Всем нам велит история сама.

«Мое» - «твое» - должно навеки сгинуть

На этом белом снете, как чума...

Хочу я мира увидать рассвет.

«Заблудившаяся жизнь», С. Торайгыров.

Султанмахмут прожил недолго, но успел оставить общественно значимые, художественио совершенные произведения, углубил социально-философское направление в казахской поэзии, поднял гражданскую лирику на прежде небывалую высоту. Он явился одним из зачинателей казахского романа, казахской литературной критики. В 1917 г. С. Торайгыров создал одно из самых замечательных стихотворений «Думы шакирда». Оно является как бы итогом многолетних раздумий поэта о роли знания, просвещения, культуры. Человек, овладевший науками, должен подобно солнцу «обогревать сердца людей»:

...Я бы солнцем взошел над землей

Озарив родные края

Как смогу я бороться с тьмой,

Коль светить не сумею я?!

Пустъ сиянье жарких лучей

Обогреет сердца людей.

Умер Торайгыров на двадцать седьмом году жизни, 21 марта 1920 года. Но его произведения прочно вошли в историю родной литературы. Произведения его много раз издавалисъ на казахском и на русском языках отдельными книгами, входили в состав антологий.

Я стану человеком - и если буду жить,

Никчемным, никудышным я не хочу прослыть.

Не лучше ли спокойно лежать в могиле тесной,

Чем на земле просторной слепым невеждой быть?!

Я - верный сын народа, мне нужен яркий свет.

Добыть сиянье солнца я твердый дал обет.

Мелькну и вновь исчезну в дали идущих лет?

Как месяц в полнолунье, но трепетной звездой

- Хочу я встать, пылая, над злою темнотой.

Не похвальбой, - поймите! - стремлением горячим

Охваченный, не в силах я совладать с собой.

Летняя печаль

Настало лето, стаял снег, в ручьи сбегая,

И солнечный струится свет, всех ослепляя,

Такие краски на земле и обновленье,

Что рада этому всему душа живая.

А вечер благостный придет - в огне заката

Восходят звезды и луна. Вся степь объята

Прохладной дымкой голубой...

Ревут верблюды,

И овцы блеют, кони ржут, мычат телята.

Бурлят ключи, бьют родники - алмазов чаши,

Козлята скачут возле них, козлята пляшут.

Растянуты жели вокруг, поднялись юрты...

Щедры казахские луга, стоянки наши.

Смеется марево вдали, и сердце радо,

Что воды весело журчат, течет прохлада

В тени развесистых чинар, в тени зеленой

И для овец, и для коней она отрада.

Синели воды на лугах в лавинах света,

Так провели в кочевьях мы степное лето.

Пускали в волны стригунков забавы ради,

А ныне с грустью и тоской я вспоминаю это.

Шестистишия Бездонный, гневный, мрачный океан

Ревет, бушует в яростной тревоге.

Нет сил идти, ведь впереди туман.

В песке тяжелом увязают ноги,

И я стою пред ним, как пред стеной.

Войду в него - и захлестнет волной.

Глаза зажмурил, гибели боясь,

Сел в лодку я - и лодка закачалась.

Я потерял опору, в море мчась,

К тому ж дырявой лодка оказалась.

На гребне волн меня вдруг понесло,

Я весь продрог и потерял весло.

Пронзительная стужа, сверху лед,

И хлещут струи по лицу, как плетки.

Судьба ко мне безжалостна.

И вот - Воды уже до середины в лодке.

Гребу, гребу сквозь вихрь волн на сушу

И думаю: «Куда ты денешь душу?»

Взметнулись волны предо мной стеной

Взметнулось к небу утлое корытце.

Встал Азраил сурово предо мной

- Мне от него не убежать, не скрыться!

Метался в волнах я, но все равно

- То вверх всплывал, то снова шел на дно.

Это ли справедливость?

Не останавливаясь ни на миг,

Мерным движением колеса.

Жизнь повергает в прах одних,

Других лаская и вознося.

Какая за гибнущими вина?

За что иная участь дана

Тем, кто сыт, чей наряд богат,

Чей славен дом убранством палат?

Не заработает в десять лет

Бедняк золотого того кольца,

Что излучает алмазный свет

На пальце знатного подлеца.

Он мог бы не голодать весь год,

Когда б серебряные рубли,

Что на румяна тратит мот,

На скудную пищу его пошли!

Но ходит богач по просторам земли,

И все, чего желает душа,

Чем жизнь щедра и земля хороша,

Все ему достается, все...

Так и вертится колесо!

Наш мир

Когда б Творец мне крылья подарил,

Чтоб я, свободный, к небу воспарил.

И взором ясновидящим окинул,

И мир долин, и хор ночных светил.

Тогда бы, верно, гордость я смирил,

Тогда б угас во мне мой прежний пыл!

Пылинкой в бесконечности

Вселенной Передо мной бы шар земной проплыл!..

А человек - что станется с ним впредь?

Тот, кто ответить может мне, - ответь!

Неужто, червь земли, в постыдном рабстве,

Он обречен навеки закоснеть?

Хвалились мы, выпячивая грудь,

Что нам понятна нашей жизни суть:

«Мир сотворен для счастья человека!..»

Но верил в это хоть бы кто-нибудь!

Произведения С. Торайгырова:

1. На черный небосвод : стихи // Изучаем казахский язык. - 2004. - № 11. - С. 3.

2. Родному народу ; Думы ученика: стихи // Антология казахской детской поэзии. - А.,1983. - С. 35.

3. Сухое дерево; Летняя печаль ; Шестистишья ; Это ли справедливость? ; Наш мир ; Листья ; Родному народу ; Зачем я живу ; Заблудившаяся жизнь : стихи и поэма // Казахская литература : хрестоматия. Учебное пособие для 10-11 кл. - А., 2004. - С. 132-141.

4. Шикай и Шагала : стихи / Пер. с каз. С. Рыбакова; худож. М. Алин.- Алма-Ата: Жалын, 1985. - 20 с.: ил. О нём:

5. Акбаева, Л. Проблема человека в мировоззрении С. Торайгырова : учебное пособие / Л. Акбаева. - Алматы: Каз. университет, 1993. - 104 с.

6. Бегалин, К. Торайгыров Султанмахмут (1893-1920) : [поэт-демократ] / К. Бегалин // В составе империи: империя, сырьевая база, восстание «Алаш». - Алматы, 2009. - С. 151. - (Детская энциклопедия Казахстана).

7. Еспенбетов, А. Шакарим и Султанмахмут Торайгыров / А. Еспенбетов // Вопросы шакаримоведения: собрание научных трудов. Т. 5.- Алматы. - 2007. - С. 143-154.

8. Султанмахмут Торайгыров (1893-1920) // Звезды казахской литературы / автор-сост. М. Ш. Шабжантаева. - Кокшетау, 2005. - С. 175-183.

9. Султанмахмут Торайгыров (1893-1920) // Изучаем казахский язык!.- 2004. - № 11. - С. 3.

10. Торайгыров Султанмахмут // Положи свое сердце книгам: писатели Казахстана - детям и взрослым / ГДБ им. С. Бегалина. - Алматы, 2007. - Вып. 2 С. 186-188. В художественной литературе:

11. Абилев Д. Путь мечты: роман / Д. Абилев; пер. с каз. С. Никитина.- Алма-Ата: Жазушы, 1971. - 316 с.

12. Абилев Д. У подножия Баянаула : роман / Д. Абилев; пер. с каз. С. Никитина. - Алма-Ата: Жазушы, 1978. - 272 с.

13. Канапьянов Б. М. Реальность и отражения. Т. 1. Песочные часы: рассказы, притчи, этюды / Б. М. Канапьянов; худож. М. Мырзалиев-Аканаев.- Алматы: Жибек жолы, 2015. - 272 с. Сценарии:

14. Шарапиденова Г. Я бы солнцем взошел над землей, озарив родные края: литературно-музыкальный вечер, посвященный С. Торайгырову / Г. Шарапиденова // Внеклассная работа в школе. - 2008. - № 3. - С. 39-43.


Послание 2017

Антитеррор

EXPO2017

Вход в систему